Государственный архив социально-политической истории Кировской области

РОССОХИНА МИЛИЦА МИХАЙЛОВНА (Р. 1922 Г.)

научный сотрудник Партийного архива Кировского обкома КПСС (1962 - 1977)

Родом я из села Мурыгино. У меня и родители оттуда, на фабрике всю жизнь проработали. Я в Киров приехала, когда замуж вышла. Когда училась в институте, началась война. Институт перевели в Яранск, поэтому заканчивать институт мне пришлось заочно – в Яранск родители не отпустили. Все наши девчонки поехали, а я не могла родителей ослушаться. Я тогда лыжами занималась, на всесоюзные соревнования даже ездила, была увлечена лыжами. И в комсомоле была, и в партии состояла. Все эти ступеньки прошла, с октябрят.

Потом работала в школе учителем, секретарем райкома комсомола года три, редактором местной районной газеты в Медянах, в райисполкоме в спецчасти, затем в архиве. Влиться в архивную работу мне не трудно было. Из архива и на пенсию ушла.

Начала работать в архиве, когда он находился еще в церкви. Церковь, конечно, не специальное здание для архива, но здание фундаментальное, строили раньше церкви хорошо. Коллектив состоял из заведующего, хранителя фондов и научного сотрудника, еще была уборщица. Всех по пальцам можно было сосчитать. Коллектив был в основном постоянный.

В старом архиве было очень плохо. У нас там все сидели в общей комнате. У заведующего - отдельный кабинет. Сейфами отгораживались от приходящих исследователей. Для исследователей вдоль стены стояло три стола. И все слышно – что тут говорят, что – там. Да еще в церкви звуки рассеиваются. Никакого удобства, конечно. Топили печки, печное отопление было. Когда приходили работать исследователи, документы приходилось выносить самой, даже принимать участие в подборе документов.

Исследователей ходило человека два-три, больше мы и не могли принимать. Но тогда еще не очень и допускали работать в архив. Быстрова ходила, Садырина, они написали потом свои книги. Когда я работала, исследователи из Удмуртии приезжали, из Горького. Студентов тогда вообще не допускали.

У нас тогда строго было. Записи исследователей надо было прочитывать, кое-что вырезать, если недозволенное выписали. Не все разрешалось выдавать, было засекречено. Нельзя было даже описи выдавать сначала. Мы сами для исследователей подбирали, какое дело взять из какой описи. У исследователей должно было быть отношение, план работы. Мне надо было знать, какие дела ему лучше дать по его теме, потому что не каждое дело понесешь. Мало ли что они хотели бы, а я вот говорила: «Этот документ вам нельзя выдать, этот – нельзя». Конечно, не все фонды давали. Не каждому ведь и разрешение давалось работать в партийном архиве. И исследователи знали сразу, когда приходили работать, что можно, что нельзя. А вообще исследователи были дисциплинированные. Ходили все-таки преподаватели институтов, кандидаты наук, все уже знали, как работать с документом.

Объем работы был большой.

Я работала научным сотрудником. Когда издавался сборник «Установление и упрочение советской власти в Вятской губернии», я тогда еще не работала в архиве, но все равно уже принимала участие в его составлении. С этого сборника все начиналось. Это был первый солидный сборник, который госархив собирал и делал совместно с партархивом. Госархив свои документы смотрел, мы – свои, а потом собирались для обсуждения. Конечно, во главе ставили в основном наши документы, партийного архива. Тогда уж и редакционная комиссия была создана... Сборник листовок еще делали. Над одним сборником приходилось работать долго, потому что была еще текущая работа.

Писала статьи в газету, в основном в «Кировскую правду». Писали по одной-две статьи в год. Делали картотеку.

Фондов, конечно, было меньше, чем сейчас. Тогда, при мне уже, начали принимать от райкомов документы, привозили и принимали прямо стопками. Сначала просто связки связывали, а потом уже начали коробки делать. Все это формировали опять в коробки, все по-новому.

Новый архив построили – я уж немного в нем работала. Как переезжали в новое здание, я и забыла даже. Все дела уже были в связки укомплектованы, везде подписи сделаны были, поэтому легче было, все в порядке.

Новый архив понравился, в нем были все условия. Как хорошо! Читальный зал как следует оборудовали. Я работала в читальном зале, читальный зал на мне был полностью.

Из коллектива вспоминается Шалаев Михаил Федорович. Он спокойный такой заведующий был у нас. Он был уже солидный, со стажем партийной работы. Совет хороший всегда мог дать.

Мне было интересно работать. Дела сами по себе интересные по содержанию были. Я с удовольствием работала в архиве.

20 марта 2008 года